Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Развивающие стихи (продолжение). Примеры овальных и прямоугольных предметов и вещей.

Предыдущая часть  (см. запись от 20 февраля 2012)

АВТОБУС

Ехали в Сокольники

В парк прямоугольники.

Ехали без робости

В заказном автобусе.

Четырехугольно

Щурились довольно...


Collapse )

Копылов - молодожен и Ищенко, спасающий ...негра в пермском трамвае...

В продолжение предыдущего поста: 
Еще фото из Перми 1972-73 года. Первое из них со свадьбы Сергея Копылова, который женился первым у нас на курсе. Случилось это на втором курсе, то есть, зимой 1973... Перед нами одно из первых свадебных фото первоокольцованного счастливца. Спиной к нам (и - лицом к жениху, соответственно) староста нашей группы Володя Лундин. Справа от него за ним, получается,  Галя Храмцова и Елена Трутнева (если не ошибаюсь, конечно же). А прямо за спиной С.Копылова явственно виден Володя Машковцев. Обращает на себя внимание, что народ почти весь упорно смотрит вниз, словно бы разглядывая что-то лежащее на полу (уж не знаю и что - может, монету редкую, а возможно и ...что и человека какого, изрядно перебравшего...).  Но - надеюсь, не меня, хотя, и я, конечно же  где-то тут, совсем поблизости и я (и надеюсь, что еще не слишком пьяный).

 

А вот еще один любопытнейший герой моей студенческой Перми - Александр Ищенко. Этакая гремучая смесь Чичикова, Остапа Бендера и Эрнеста Че Гевары. Саша учился на курс младше, но был настолько обаятельным и общительным, что везде был любимым и своим. Вспоминается такой эпизод ( когда Володя Машковцев и Сергей Копылов отстали от меня на курс и учились уже вместе с А.Ищенко): 
...Занятие в детской клинике. Примерно в середине занятия дверь неожиданно открывается и в помещении появляется Александр без сменной обуви, и при это еще и в ...одном носке. Обьясняя потрясенному преподавателю причину столь длительного опоздания на занятие, Ищенко сообщил, что он все эти два часа оказывал неотложную медицинскую помощь ...негру, потерявшему сознание в трамвае (юмор в том, что Пермь тех лет - абсолютно закрытый для иностранцев литерный оборонный город). А в конце добавил: "Иван Иванович, а Вы, кстати, знаете, что у Машковцева (Ищенко показал преподавателю рукой на Володю) отец - генерал-майор?". Все засмеялись. Обстановка разрядилась и Ищенко получил разрешение присутствовать на занятии. Прошло минут десять. Неожиданно преподаватель остановился на середине фразы и обращаясь к В.Машковцеву (преодолевая смущение и некую уважительную робость) спросил: "А что, Машковцев, у Вас и впрямь отец  -  генерал-майор?". Машковцев (отец которого был на самом-то деле "всего лишь" полковником и служил в Северо-Западной группе советских войск в польском городе Легница) с возмущением отозвался: "Иван Иванович, неужели Вы верите Ищенко?!"  И оба (преподаватель и Машковцев) не сговариваясь выразительно посмотрели на любителя присвистнуть: "Ну, И-щ-е-н-к-о!!!"
Такой вот персонаж...
Ныне Александр живет в соседнем государстве, незалежней Украине, служит педиатром, давно уже бросил пить,  жалуется на сильные боли в ногах и, будучи в столице проездом, обязательно заходит в один знаменитый московский военный госпиталь в котором служит теперь  его мединститутский однокашник  Владимир Сергеевич  Машковцев, ныне заслуженный военный медик, полковник медицинской службы запаса, воин-интернационалист, участник трех войн (Ангола, Чечня, Югославия),  кавалер нескольких уважаемых правительственных наград, в том числе и Ордена Почета...  Но это уже другая история...
 


ЗЫ: Сам же Саша Ищенко по поводу данной фотографии уточняет следующее: "Андрей, привет! Самое интересное, что когда я закусывал тем бутербродом с майонезом напротив сидел Ахма  (Ахма - это наш сокурсник Александр Ахмадеев - А.У.) и пил "Волжское" из горла (Волжское - это сорт низкопробного вина, бормотухи, за 1 руб. 27 копеек 0,5 литра, если кто-то уже забыл - А.У. ). Была еще более обзорная фотография, где мы видны оба. Это на моей квартире на компросе было. Кто фоткал - не помню..." 

Андрей Углицких. КАМА, ПОСЕЛОК ДМЗ, ГАГАРИН


                                 Устье реки Чусовой неподалеку от ее впадения в Камское море

12 апреля 1961... Сегодня каждый вспоминает этот день... Каждый из тех, кто его пережил. Роется в памяти, выискивает крупицы, расщепляет на отдельные атомы и микроны, боясь обронить, забыть всуе, хоть самую его малость... 
...Мне 6 лет. Впрочем, шести еще нет, шесть исполнится только через полтора месяца, в мае... Как и многие из моих сверстников, я в круглосуточном детском саду. Что расположился на самом-самом северном полюсе Перми, если смотреть на карту города, вон, там, высоко над плотиной Камской ГЭС, неподалеку от  того места, где во вновь образованное Камское море впадает широким рукавом река Чусовая. Вот, здесь и раскинулся поселок ДМЗ. ДМЗ - это просто, это - Древесно-Массовый-Завод. Детский сад завода ДМЗ, располагавшийся в поселке ДМЗ, как я уже упоминал работал круглосуточно, шесть дней в неделю  - то есть детей в него привозили в понедельник утром, а забирали только в субботу вечером. 
Так чем же запомнился мне  тот, Гагаринский день? С утра ничего особенного.  А с полудня - началось.  Причем, праздничная атмосфера стала особенно очевидной во второй половине дня. Почему-то у меня осталась твердое воспоминание, что мы с отцом едем в автобусе. Из ДМЗ - домой, на поселок Стахановский, где мы тогда жили. Что дело к вечеру... Стемнело уже... Но - автобус шумел и галдел, что в нем все, знакомые и незнакомые, были, вели себя как самые близкие, родные люди: поздравляли друг дружку, обнимались, целовались. Такое вот, воспоминание о 12 апреля...  Подьем, ликование... Самое же удивительное в другом, однако. Дело в том, что  не мог я, ну, никак не мог куда-либо ехать 12 апреля 1961 года в автобусе с отцом. Потому, что 12 апреля  1961 - среда, самая середина трудовой недели, отец и мама работали сутками и забрать меня раньше субботы 15, физически не могли! Такие, вот, аберрации памяти, метаморфозы сознания, погрешности воспоминаний, случаются иногда... Когда начинают чересчур усердно рыться в памяти, выискивать несуществующие крупицы, пытаются расщепить что-либо на отдельные атомы и микроны...  А может, просто слишком уж много времени прошло, минуло с того дня... 50 лет - не один день, что-то можно и забыть...
 

Андрей Углицких: ПОЕЗДКА В ЧАС ПИК


Порой интересно наблюдать за людьми. Когда те невольно участвуют в какой-нибудь ролевой игре. Например, «поездка в метро». Вы, конечно же, скажете, что такой игры не существует. Но это не так. И игра такая есть, хотя это и не игра вовсе, а жизнь. Итак, «поездка в метро». Впрочем, задачу можно было бы еще более усложнить. Может быть, вот так: «поездка в метро в час пик»…

Хорошо известно, что мы все вынуждены передвигаться, и, стало быть, пользоваться транспортом, в том числе, и общественным. Например, метрополитеном. Теперь о самой игре. Она состоит из трех таймов, периодов, этапов, назовите, как хотите: вход в общественный транспорт, проезд, и выход. На каждом из этих отрезков жизни ролевые задачи потенциальных пользователей подземки диаметрально противоположны.

Этап входа. Девиз этапа: «все враги». Это действительно так. Все стоящие возле вас на платформе и ожидающие прибытия состава люди ваши конкуренты. На лучшее место в вагоне. Просто на место в вагоне, на которое претендуете и вы. В своих голубых мечтах.

Поэтому и стоят люди в напряженными лицами, пристально всматриваясь в черный зрачок тоннеля, из которого вот-вот и должен появится долгожданное транспортное средство. Оттого и переминаются они с ноги на ногу, разминая, как застоявшиеся кони, свои боевые икроножные мышцы, потому и меняют периодически диспозицию, норовя так встать, чтобы в самый ответственный момент, в минуту «Ч», оказаться как можно ближе к заветным вагонным…, выкраивая сантиметры и миллиметры жизненного пространства, затем и жмутся к самому краю страшного обрыва платформы, рискуя своим подорванным здоровьем и даже жизнью. При этом старожилы, так сказать, метрополитена, местные аборигены оказываются в заведомо более выигрышном положении. Им все полегче: они уверенно и легко занимают ключевые, правильные, проверенные временем точки на платформе, опираясь на выверенные, известные лишь им одним на свете ориентиры и метки. Приезжим же и новичкам, сиречь, лохам сущее горе! Тем, как правило, достаются самые безнадежные, «отстойные» отрезки платформы. Впрочем, лохануться могут и убеленные сединами аборигены. Ибо посадка это всегда сугубая лотерея, ибо машинист со зла, с похмела, или же по недалекости своей, всегда может «перемешать» по своему произволу людскую колоду, сделать аутсайдеров посадки абсолютными лидерами, и наоборот. Для этого ему достаточно лишь «продернуть» вагон на несколько десятков сантиметров вправо или влево. От привычного остановочного «фокуса». И тогда пиши пропало! Вся сложнейшая подготовительная работа идет насмарку. Вместо легкой посадки, в числе первых пятнадцати-двадцати счастливцев, которым по статусу положены бонусные посадочные места, тяжелое, надсадное, унижающее человеческое достоинство втискивание, вкручивание, ввинчивание в сопящее, отталкивающее друг друга, человеческое месиво с непредсказуемыми последствиями, и как закономерный итог: оторванные пуговицы, обрушенное с утра настроение и стояние на своих двоих всю поездку…

Этап проезда.

На этом этапе ролевое поведение путешествующих в подземке будет зависеть от того, в какую группу игроков они угодили занявших сидячие места или обделенных таковыми. Задача игроков второй группы как можно быстрее перейти в первую, задача игроков первой не оказаться во второй. До самого конца поездки. Ни при каких обстоятельствах. Места уступаются только в самых отчаянных, крайних случаях. Дабы избежать участи «добровольного» уступления своего кровного, добытого с такими трудностями, места игроки первой группы прибегают к ряду игровых хитростей, основными из которых являются роли «глухих» и «слепых». Иными словами, они делают вид, что спят, чтобы не слышать или читают, что не видеть. Однако за долгие годы борьбы за существования, игроки второй группы также кое-чему научились. Иногда срабатывают простые и грубые приемы прямого обращения к игроку первой группы. С демонстрацией абсолютной старческой немощи или малолетнего ребенка на руках. Если кто дрогнет: прозреет или обретет слух, не дай Бог! туда ему и дорога!

Этап выхода. Этот замечательном отрезок ролевой игры вполне можно охарактеризовать словами: «все друзья». А что еще делить? Поездка близится к завершению, пора и о выходе подумать. На этом этапе легко уступаются места, возвращается активный слух и зрение, в душах игроков первой группы просыпается сострадание и сочувствие, словом, человечность…

Интересно, интересно порой наблюдать за поведением людей в метро…

Андрей Углицких: ЕСЛИ ВАС ОСТАНОВИЛ МИЛИЦИОНЕР


Милиционер дядя Степа


Памятка, расклеенная в вагонах московского метрополитена. Подробнейшим образом регламентирующая поведение человека, остановленного для проверки служителем закона и порядка, вкратце сообщая последнему об его правах и обязанностях, доходчиво объясняя, что можно делать, бедному гражданину, а чего нет…

С плакатика смотрит на вас образцово-показательный милиционер с лучистым добродушным взглядом, совсем не страшный. Он подтянут, молодцеват. Он отдает вам честь.

Ну, это понятно… Но вот что прикажите делать, если вас остановил, к примеру, не милиционер, не человек, а нечто куда и куда большее? Коварство, там, или бездушие человеческое, или вопиющая черствость? То есть, не конкретный носитель, так сказать, а само явление. Не применительно к ее представителю? Горькое, разочаровывающее…

И вы, точно также, как и в случае, когда вас, к примеру, остановил милиционер, не знаете, что делать, каким собственно образом реагировать на произошедшее?

Очевидно, что первая и самая простая реакция ответить по полной, дать волю чувствам, окатить, облить помоями, осудить как явление, эмоционально взорваться. Око за око, зуб за зуб, так сказать. Весь мир насилья мы разрушим!

Но это лишь первая мысль. Потому, что что-то всегда подсказывает, что в ответ на ответ можно получить еще большую ответную, опять же агрессию. И маховик начнет раскручиваться далее…

Второй путь: плюнуть, послать все к чертям собачьим или еще круче: вообще не подать никакого виду, спустить на тормозах, пропустить мимо ушей, не заметить, казалось бы, очевидного, бьющего в глаза, наподобие театральных софитов, не обострять, не раскачивать лодку. Как ни странно, иногда этот путь, второй, путь оказывается куда эффективнее аффективного, первого. Назовем его условно «подставь другую щеку».

Итак, выбор, пусть небольшой, но есть.

Либо ветхозаветское «око за око», либо «подставь другую щеку», как завещал Спаситель.

Что же выбрать?

А вот это и есть ключевой вопрос бытия. Вопрос, на который никогда не было, нет, и никогда не будет, по счастью, однозначного ответа…

В этом, кстати, ключевое отличие Библии от памятки, расклеенной в вагонах метро Управлением МВД при Метрополитене, памятки, в которой все предусмотрено и на все имеются ответы и пошаговые инструкции, что можно делать, а чего нельзя…