Андрей Углицких (klavdii1955) wrote,
Андрей Углицких
klavdii1955

Андрей Углицких: Равенна - столица итальянского арианства


Равенна - древняя столица Италии. Точнее, одна из древних столиц. Потому что в разные годы честь быть главным городом государства италийского была оказана нескольким весьма и весьма достойным городам. (Обычная, должен заметить, история. Вспомним Россию-матушку: Киев, Владимир, Москва, С.-Петербург, снова Москва).
Этимология «Ravenna» – утрачена, скорее всего – уже безнадежно, и покоится где-то во мраке веков. Латинско-русский словарь – вариантов перевода нет. По-английски «Raven» – ворон. Однако «воронья» версия названия города при ближайшей проверке не выдерживает даже поверхностной критики: по-испански ворон – «El cuervo»; по-немецки – «Der Rabe»; по-французски – «Le corbeau»; по-итальянски – «Сorvo»...
Слава Богу, о Равенне существует много литературы! Это позволяет не повторяться. Вот, к примеру, что написано об этом замечательном городе на сайте «Клуба путешественников» (http://www.1yachtua.com/Chartr/medit/Italy/Raven.html):
«Древний итальянский город Равенна - драгоценная страница любой истории искусств. От первых веков христианства в ней сохранились храмы и мавзолеи, украшенные чудесными мозаиками. В этом городе Данте Алигьери закончил “Божественную комедию”, здесь покоится его прах. По улицам Равенны и по мягким иглам расположенной неподалеку сосновой рощи любил прогуливаться верхом лорд Байрон. Этот город воспел Блок в “Итальянских стихах”.
Равенна была западной столицей Византийской империи в то время, когда Рим был разорен и разграблен варварами. Равенна и по сей день остается столицей мозаики.
Если у вас всего день на свидание с Равенной, лучше сразу отправиться в собор святого Виталия - Сан Витале, построенный в VI веке. Здесь можно купить единый (очень дешевый) билет на посещение пяти самых знаменитых музеев. Совсем рядом с Сан-Витале стоит мавзолей Галлы Плацидии, где находятся древнейшие мозаики Равенны (450 год). Они изготовлены век спустя после того, как христианство стало официальной религией Византийской империи. На строительство и украшение христианских святынь были направлены огромные средства и усилия тысяч мастеров. И, не имея других образцов, мастера обратились к наследию античности. Крылатые амуры, птицы, дельфины, гирлянды цветов, перенесенные из античных декораций, стали обозначать райский мир, в который попадут спасенные души, виноградная лоза - кровь Христа, пролитую за спасение человечества, орел - знак могущества Зевса, напоминал теперь о могуществе и вознесении Христа. В храме Сан Витале сохранились две большие мозаичные картины - император Юстиниан с приближенными и императрица Феодора со своим двором.
Мозаики двух баптистериев, построенных в V века при епископе Неоне и короле остготов Теодорихе (арианского), изображают сцену крещения Иисуса Христа, но трактовка этой сцены различна. Прекрасны мозаики еще одного музея, обозначенного в билете, - базилики Сант Аполлинаре Нуово. Гулять по недлинным улицам Равенны приятно: невысокие дома пастельных тонов, магазины, кафе, запах хорошего кофе и сдобных булочек. То и дело встречаются то круглые, то прямоугольные башни колокольни, несколько неприкаянно стоят огромные городские ворота, бывшие частью ныне несуществующих городских стен, за которые город давно разросся. На окраине города находится один из символов Равенны - мавзолей короля остготов Теодориха, с многотонным куполом из одного куска камня. Борис Муратов в книге “Образы Италии” пишет, что именно у гробницы Теодориха каждый путешественник ощущает ход веков, а отвлеченное понятие “история” становится понятным и близким любому туристу.
Именно через Равенну проходит путь от мира античности к эпохе Воз рождения, от Рима - к Венеции и Флоренции»
Материал написан очень хорошо. Верно схвачено и честно предано бумаге, может быть, самое главное: общее впечатление от города, дух его, атмосфера. И насчет мозаик, и насчет Данте… Но хочется, все же, кое-что и добавить к сказанному… Ибо это самое «кое-что», все-таки, не вошло, не влезло, не втиснулось в узкие «прогулочные» рамки опубликованного материала, как не входит иногда второй или третий выходной костюм в небольшой командировочный чемоданчик. Когда никак замочек не хочет защелкнуться, а чемоданчик, тот – не желает окончательно захлопнуться, закрыться – все время что-нибудь норовит вылезти, выглянуть в щель между крышкой чемодана и его стенками. Вот еще несколько необязательных, так сказать, штрихов к обязательному, традиционному городскому портрету.
Во-первых, о Данте, о его склепе и так далее. Я бы добавил следующее. Данте - удивительный человек. Он был мистически подвержен напасти изгнаний, «исчезновений». Что удивительно – не только при жизни, но и после нее. Известно, что во Флоренции, на родине великого итальянца, стоит его …склеп. Как и в Равенне-городе. Но – стоит он …пустым. Словно бы, ждет-пождет своего владельца. Который уже, кстати, век. В храме францисканском. Интересно, что и в Равенне склеп поэта, также некоторое время пустовал. Недолго, правда. Пару лет. Но – пустовал. Случилось это в 1944 году. Итальянцы спрятали (закопали, от греха подальше) бренные останки Данте незадолго до прихода в город немецких войск. А потом, когда напасть миновала, искали, куда закопали, припрятали, схоронили. Слава Богу, нашли! Но и сегодня праху великого автора «Божественной комедии» нет покоя. Делегации из Флоренции приезжают каждый год. Переговоры ведут, просят вернуть великого земляка родному городу. Но Равенна не отдает. Не надо, мол, было изгонять! И правильно, между прочим, делает. Не фиг так относится к землякам! Не по-людски поступаете с людьми, уважаемые господа флорентийцы! Такая вот история…

Во-вторых. Любопытно, что в Равенне (со слов экскурсоводов) целые дома и храмы "проваливаются" под землю. Ибо места там топкие, грунтовые воды высоко и поэтому из подвалов строений, особенно, древнейших, приходится постоянно, в течение многих веков день за днем, столетье за столетьем, откачивать воду. Помпами. И древнейшими - ручными, и древними - гужевыми, и современными - на силе электричества... Как откачивают жидкость из плевральной полости у больных при легочных заболеваниях. Если же дело это, напряжное, затратное и занудное, забросить, здание - не жилец уже: наглотавшееся, как утопленник воды с лихвой, до синюхи, что называется, оно начинает классически "тонуть" и вскоре погибает. Поэтому-то в некоторых храмах Равенны приходится каждые двести-триста лет возводить полы на новом уровне, на несколько метров выше прежних. А в полузатопленных уровнях, в подвалах, невольно ставших ...аквариумами, разводить золотых рыбок, к примеру. Вид фантастический - подвальный аквариум в храме 3 века нашей эры!


Наконец, третье, и самое важное. Вот написано неизвестным автором: «мозаики двух баптистериев, построенных в V века при епископе Неоне и короле остготов Теодорихе (арианского), изображают сцену крещения Иисуса Христа, но трактовка этой сцены различна.». И это – абсолютная правда. Однако почему-то не написано – почему? Почему «трактовка сцены различна»? Да не потому ли, что, как минимум, один из этих баптистериев - …арианский! Посетив его, любой человек может взглянуть на особенности церковного убранства и арианской церковной архитектуры наяву, воочию, что называется. Это же уникальная ситуация! Обратимся в этой связи к перипетиям, аспектам и подробностям жизнедеятельности остготов в Италии 5 века. Вот они, вкратце (http://www.hrono.ru/etnosy/ostgoty.html):
«…После падения Западной Римской империи Италия прошла сложный и длительный путь исторического развития. В V веке в Италии хозяйничали наемные войска различных «варварских племен» под предводительством Одоакра (476—493 гг.).
Последние 20 лет существования Римского государства императоры были лишь ставленниками вождей германских дружин. В 475 году патриций Орест возвел на императорский престол сына Ромула Августула. Но уже в следующем году произошло восстание «варварских» дружин в связи с отказом правительства произвести раздел земли среди солдат-«варваров». Их руководитель, германец Одоакр, убил Ореста, сослал Ромула Августула, а затем провозгласил себя королем Италии, отправив в Византию знаки императорского достоинства. Это событие считается временем падения Римской империи на Западе, так как после 476 года в Италии уже не было императора.
Грозная и могущественная империя прекратила свое существование, и на. ее обломках стали возникать «варварские» королевства.
Правление Одоакра не привело к коренным изменениям в Италии. Его опорой были немногочисленные военные отряды, состоящие из осколков различных «варварских» племен, давно романизированных, поэтому в Италии в основном сохранились римская администрация и старые порядки. Но все же произошло некоторое дробление латифундий: воины Одоакра получили 1/3 земель римских собственников. Были несколько уменьшены налоги. «Варвары» сделали попытку вмешаться в выборы Римского Папы и контролировать огромные земельные богатства церкви. Все это беспокоило крупных собственников и тревожило восточного императора Зенона, который способствовал походу в Италию большого племени остготов, чье опасное соседство угрожало границам Восточной империи.
Остготы (одно из восточногерманских племен) после долгих переселений с середины V века осели в Паннонии (Венгрия). Их военная знать и дружинники стремились к новым захватам. Всем племенем — с женами, детьми, стариками (около 100 тыс. человек) - в 488 году остготы направились в Италию. Король остготов Теодорих получил от восточного императора власть консула, титул патриция и высшего военачальника, но впоследствии повел в Италии самостоятельную политику. Одоакр со своими воинами не имел прочной опоры в стране. В трех битвах остготы одержали победу над воинами Одоакра, который заперся в Равенне. После ее взятия (493 г.) Теодорих убил Одоакра и был провозглашен королем готов и италиков. Королевство остготов в Италии (493 - 555 гг.) простиралось на севере до Дуная, но наиболее плотно завоеватели селились в Северной и Центральной Италии. В долгих скитаниях (III—V вв.) племена остготов потеряли крепость родовой общности и подверглись влиянию римских порядков. Их воины привыкли не к земледелию, а к постоянным военным походам. Остготские юридические памятники дают представление о том, что остгот — это, как правило, свободный человек, который имеет право ношения оружия и служит в военном ополчении. Участие в походах рассматривалось как показатель свободного состояния данного лица. Еще в IV веке готы приняли христианство в форме арианства…
Ну, вот, и до арианства добрались…
Арианство - одна из самых ранних в истории христианства ересей, или, иными словами, иных вариантов развития христианской мысли. Но не самая-самая, конечно, ибо арианству предшествовало почти что трехсотлетнее противостояние между, так называемыми, иудо- и эллинохристианами, к примеру, но все, все же, все же...
Но что же это за черт такой - арианство это пресловутое, и с чем его едят?
Нам из нашего XXI века суть той борьбы, того яростного противостояния, столкновения амбиций, интересов, случившегося в начале четвертого столетия нашей эры покажется наивным и абсолютно не прагматичным. Не вдаваясь в богословскую заумь, в самом наиобщем виде, насколько возможно это, проблема заключалась, в моем представлении, вот в чем: кем же, все-таки, был Христос - Человекобогом или Богочеловеком? Последователи александрийского просвитера Ария (арианцы) считали что Христос – Человекобог, а никейцы, их оппоненты, что - Богочеловек. На мой взгляд, в позиции арианцев присутствует немалая толика здравого смысла: как, каким образом отец может быть …сыном? Ведь сын рождается от отца, значит, он всегда вторичен по отношению к своему родителю. И как тогда быть с обращением «Во имя Отца и Сына и Святого Духа», обращением, которое мы произносим автоматически, словно полагая его само собой разумеющимся, даже не задумываясь над смыслом сказанного?
«…Древние христиане строго придерживались унаследованной от иудаизма доктрины единобожия. Вместе с тем, они стояли перед необходимостью решить христологическую проблему, т.е. объяснить природу Иисуса Христа, в котором они видели Сына Божия. В евангелиях они обнаруживали тексты, по видимости противоречащие друг другу. Например, Евангелие от Иоанна открывается словами: «В начале было Слово [Logos = Христос], и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин 1:1); однако в том же евангелии Иисус говорит о себе: «Отец Мой более Меня» (Ин 14:28). Были ли они двумя богами? И был ли Христос ниже Бога Отца? С течением времени христианские мыслители, в своих попытках прояснить христологические проблемы, стали описывать природу и личность Христа в терминах греческой философии.
…В 3 в. многие богословы обращались к этому вопросу. Савеллий учил, что Бог именуется Отцом как Творец, Сыном как Искупитель и Св. Духом как Освятитель, но что все три наименования обозначают лишь три проявления вовне единого неделимого Бога. Ориген утверждал, что Сын есть самостоятельное божественное Лицо, но что Он не вполне равен Отцу. Тертуллиан рассматривал Отца, Сына и Св. Духа как три отдельных Лица, хотя и признавал единство божества. Павел Самосатский, епископ Антиохии, был низложен в 268 за отрицание того, что Христос был предвечным божественным существом, родившимся в мире как человек. Проблема была налицо, однако оставалось неясным, как ее следует разрешить.»
И стали решать:
«…Около 300 епископов, в большинстве своем из восточных областей империи, прибыли на Никейский собор, который считается I Вселенским собором христианской церкви. Ария защищал влиятельный Евсевий Никомидийский, однако собор осудил его как еретика и принял вероопределение (Никейский символ веры), согласно которому Иисус Христос, Сын Божий, есть «Бог от Бога, Свет от Света, Бог истинный от Бога истинного, рожденный, несотворенный, единосущный (homoousios) Отцу». Хотя епископы по-разному толковали греческое слово homoousios, казалось, что конфликту положен конец.
Однако ариане продолжали отстаивать свою позицию и заручились поддержкой многих восточных епископов, полагавших, что никейская формула неадекватно отобразила различие между Богом Отцом и Богом Сыном, открывая пути заблуждениям савеллианского толка. Сам Константин, по-видимому, был больше заинтересован в согласии, чем в ортодоксии. Его сын Констанций II (337–361) активно поддерживал арианство. Тем временем в самой антиникейской партии произошел раскол. Одни ариане считали, что Сын неподобен (anomoios) Отцу, другие – что Он подобен (homoios) Отцу. По всей видимости, большинство греческих богословов придерживались мнения, что Сын подобосущен (homoiousios) Отцу. С другой стороны, никейскую формулу homoousios (единосущный) энергично защищал Афанасий, епископ Александрийский (328–373). Имперские власти пять раз изгоняли Афанасия с его епископской кафедры, однако он продолжал писать книги и памфлеты против ариан. Его позиция получила поддержку в основном у западных богословов. Постепенно стал складываться антиарианский консенсус – отчасти благодаря полемическим сочинениям Афанасия, а также других церковных писателей – греческих (Григорий Назианзин и Григорий Нисский) и латинских (Иларий Пиктавийский и Марий Викторин), отчасти вследствие того, что Констанций II, приверженец формулы homoios (подобен), преследовал как сторонников определения homoousios («единосущников»), так и сторонников определения homoiousios («подобосущников»). Ариане пользовались императорским покровительством и в период правления Валента (364–378), однако в 381 вселенский собор в Константинополе вновь подтвердил христологическую доктрину Никейского собора и, кроме того, принял догмат о полноте божественности Святого Духа.
Соборные вероопределения и богословские сочинения, порожденные антиарианскими спорами, послужили основой тринитарного учения о Божестве (Бог, единый в трех Лицах, равных между собой), принятого в качестве официального вероисповедания Римской империи в 381 и по сей день исповедуемого Римско-католической, восточными православными и многими протестантскими церквами…»
Самое любопытное, что самыми активными проповедниками, распространителями и ярыми защитниками арианства стали, в конце концов, так называемые, «варвары»:
«…Хотя после Константинопольского собора (381) арианство утратило свои позиции в латинском и греческом мире, оно по-прежнему процветало среди германских народов. Арианин Ульфила (Вульфила), возведенный в 341 в сан епископа, отправился в качестве миссионера к готам, жившим в нижнем течении Дуная. Он обратил большое число готов и перевел часть Библии на готский язык. Христианство в его арианской форме через готов стало распространяться и среди других германских народов, таких, как бургунды, вандалы и алеманны, еще до того, как они вторглись в пределы Римской империи. В 5 в. после распада Западной Римской империи, на месте которой возник ряд германских королевств, арианство оставалось официальной религией остготов Италии, вестготов Испании, бургундов юго-восточной Галлии и вандалов Северной Африки. То, что подавляющее большинство подданных этих государств (в прошлом – римских провинций) исповедовало ортодоксальную никейскую веру, затрудняло для арианских королей задачу консолидации этих государств и управления ими. Кроме того, арианство отлучило своих приверженцев от великой традиции христианской латинской учености, по своему характеру – почти всецело ортодоксальной. Потому не готы и другие ариане, но франки и англо-саксы, два германских народа, изначально обращенные в никейское, а не в арианское христианство, заложили основы средневековой европейской цивилизации. В 550-е годы вандалы и остготы, завоеванные Византийской империей, отошли от арианства. Бургунды присоединились к ортодоксии в 517, а вестготы – в 587. Арианство продолжало существовать в среде некоторой части лангобардов в Италии до 7 в.»
Во всей этой истории с арианской баптистерией вызывает уважение, то, что за всю ее полуторатысячелетнюю историю ни у кого не поднялась рука на этот идеологически опасный и вредный с точки зрения ортодоксального католичества, исторический объект. В свете вышесказанного, отсутствие терпимости, толерантности возможно вообще является одним из коренных отличий истории России от истории Италии…




Tags: Андрей Углицких, Равенна, арианство
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment